Category: технологии

Category was added automatically. Read all entries about "технологии".

Разговор избирателя с Путиным (часть 2)

Продолжаем рассматривать опубликованную 30 января 2012 года в газете «Ведомости» статью бывшего президента, нынешнего премьер-министра и будущего президента Российской Федерации В.В.Путина «О наших экономических задачах». Текст основной рассматриваемой статьи выделен курсивом, а мои соображения – обычным текстом.

Преодолеть технологическое отставание

Надо искать решения, которые позволили бы нам преодолеть складывающуюся одностороннюю технологическую зависимость.

Кто мешал сделать это в течение последних двенадцати лет? И почему это до сих пор не было сделано? Тот, кто писал эту статью, он – президент и премьер огромной державы или никчемная марионетка, отстаивающая интересы американских, немецких, итальянских и прочих западных стран и фирм на территории России? По сравнению с нынешним премьером тот же Н.С.Хрущев, руководивший государством всего девять лет, сделал для страны неизмеримо больше, но более подробно мы поговорим об этом после рассмотрения данной статьи.

Разумеется, сейчас никто не будет повторять опыта Советского Союза, который в условиях противостояния с Западом сформировал полностью автономную технологическую базу. Поэтому существовавшая технологическая база была практически полностью разрушена, ну, а теперь мы начнем ее восстанавливать. Вновь был воплощен принцип настоящих революционеров: «До основанья, а затем…» В итоге основная часть «оригинальных» технологий в условиях изоляции отстала от конкурентов, что выяснилось, как только упал «железный занавес».

Наверное, именно в связи с этой «отсталостью» и были на корню ликвидированы именно высокотехнологичные отрасли бывшей советской экономики, включая колоссальное количество смежников. Самолет сделать, это не государством рулить. Поэтому сегодня вместо отечественных самолетов в авиапарк нынешнего президента покупают «Аэробусы» и «Боинги».

Конечно, мы имеем в виду другой сценарий. Россия обязана занять максимально значительное место в международном разделении труда не только как поставщик сырья и энергоносителей, но и как владелец постоянно обновляющихся передовых технологий как минимум в нескольких секторах. Красивая декларация, но там и без России конкурентов хватает. Она там не нужна. Иначе будем постоянно терять ресурсы, выплачивая их за новые, все более сложные и дорогие технологии промышленных товаров, материалов и медицинских препаратов, которые не умеем создавать сами. При этом доля мирового валового продукта, принадлежащая таким технологиям, будет расти, а сырьевых товаров и традиционных услуг – сокращаться.

А разве не ради этого западные коллеги нынешнего российского руководства городили весь огород с революцией 1992-го года? Цель была той же, что и в 1917-ом. Иностранцам был необходим поставщик природных ресурсов и рынок сбыта своих товаров. То, что не полностью удалось сделать тогда, было в полной мере реализовано в этот раз.

Для возвращения технологического лидерства нам нужно тщательно выбрать приоритеты. Если президент и премьер за двенадцать лет у власти так и не смог этого понять и с этим определиться, то о чем тогда вообще идет речь? Он и его советники просто некомпетентны. И чем дольше они будут находиться у власти, тем больший ущерб нанесут экономике страны. Кандидатами являются такие отрасли, как фармацевтика, высокотехнологичная химия, композитные и неметаллические материалы, авиационная промышленность, ИКТ, нанотехнологии. Разумеется, традиционными лидерами, где мы не потеряли технологических преимуществ, являются наша атомная промышленность и космос. Да, конечно. Атомная промышленность под руководством «киндерсюрприза» Кириенко, непосредственно ответственного за крах 1998 года, – это несомненный традиционный лидер. Что касается космонавтики, то количество неудачных пусков каждый раз подтверждает наш приоритет. Радует только одно, что у американцев с пилотируемой космонавтикой дело обстоит еще хуже. Список не закрыт – все зависит от конъюнктуры мирового рынка и не в последнюю очередь – от инициативы предпринимателей и работников самих отраслей.

Часто высказывается мнение, что России не нужна промышленная политика. Кем высказывается? Министром финансов, промышленности, премьером или президентом? Было бы занятно узнать, кто у нас в руководстве страны столь умен. Что, выбирая приоритеты и создавая преференции, государство часто ошибается, поддерживает неэффективных, мешает тому новому, что должно вырасти из равных условий конкуренции. Вот это совершенно точно. С такими утверждениями трудно спорить, но они справедливы только при прочих равных условиях. Мы прошли через «деиндустриализацию», структура экономики сильно деформирована. Признание потрясает своей прямотой и откровенностью. Вероятно, автор даже не задумывался о том, что именно он двенадцать лет управлял страной. А в результате оказалось, что мы прошли «деиндустриализацию» и получили деформированную, исковерканную экономику. Отличный результат! От других.  Крупный частный капитал добровольно не идет в новые отрасли – не хочет нести повышенных рисков. А зачем ему это надо? Гораздо проще качать нефть и газ на Запад, а металлы и лес гнать на Восток. Выгодно и никакого риска. А отберут, так тоже не жалко. Не свое. Безусловно, мы будем использовать налоговые и таможенные стимулы, чтобы инвесторы направляли средства в инновационные отрасли. О, да! Налоговые и таможенные стимулы внушают оптимизм. Только что-то подсказывает мне, что их практическое применение только ускорит бегство средств за границу. Но это может дать эффект через несколько лет – а может и не дать, если в мире откроются более привлекательные инвестиционные возможности. У капитала ведь нет границ. Готовы ли мы так сильно рисковать будущим России ради чистоты экономической теории?

Непонятно. Причем здесь будущее России и о какой конкретно экономической теории идет сейчас речь? Их, насколько известно, довольно много, и та, которая наиболее популярна у нынешних властей, довела общество до глобального кризиса, разразившегося в 2007 году и продолжающегося и усугубляющегося и поныне.

Именно приоритетами промышленной политики были продиктованы наши действия по созданию крупных госкорпораций и вертикально интегрированных холдингов – от Ростехнологий и Росатома до ОАК и ОСК. И что? Они эффективны? Цель была – остановить развал интеллектуальных отраслей нашей промышленности, сохранить научный и производственный потенциал за счет консолидации ресурсов и централизации управления. Эта цель может считаться достигнутой.

Теперь можно чувствовать себя совершенно спокойным. Раз президент и премьер сказал, что цель можно считать достигнутой, значит, так оно и есть. Консолидировали, централизовали и так далее, вот только самолеты и корабли за рубежом покупаем во все больших объемах. С чего бы это, особенно если развал остановлен? Или всё полностью уже развалилось, и развал естественным путем остановился на этом уровне сам собой???

Мы должны были собрать формально принадлежавшие государству разрозненно управляемые активы, зачастую потерявшие связь с научными и конструкторскими центрами.

 Собрали… После этого вообще практически ничего не осталось.

Итогом реализации стратегий отраслевых холдингов должно стать создание глобально конкурентоспособных корпораций, высоко капитализированных, нашедших и расширяющих свое место на мировом рынке. Красивый лозунг. Дальше-то что? А ничего… Ни Ростехнологий, ни Росатома, ни ОАК, ни ОСК в списке топ-100 компаний по списку Forbes почему-то не попадается. Именно такие корпорации, сочетающие деятельность начиная от перспективных исследований и разработки продукции и заканчивая производством, поставкой и обслуживанием высокотехнологичного продукта, владеют сегодня мировым рынком авиастроения, судостроения, компьютерных технологий, фармацевтики, медицинской техники. Они же дают заказы малым инновационным компаниям, скупают удачные стартапы.

Вот только российских компаний благодаря мудрой политики российского руководства, возглавляемого автором комментируемой статьи, а также налоговым и таможенным стимулам в их числе почему-то нет. Можно много спорить о том, хорош или плох был Советский Союз, но свою технику – самолеты и вертолеты, суда и боевые корабли, военную технику, машины, станки и оборудование – он экспортировал половине земного шара, и она до сих пор еще используется. А вот российской техники за рубежом что-то не особенно видно.

Пока большинство интегрированных структур не стали ни глобально конкурентоспособными, ни высоко капитализированными, ни даже устойчиво прибыльными. Классное признание. В основном всё, что мы сделали, оказалось неэффективным и без государственной поддержки (то есть за счет налоплательщиков) существовать не может. Мы не собираемся бросать начатое на полдороге – кое-где, как в авиапроме, непростой процесс консолидации активов удалось завершить только сейчас.  Да, останавливаться на полдороге – это не характерно для настоящих большевиков. В итоге, исходя из сказанного, авиации вообще не останется. То, что есть, и так на ладан дышит, а после завершения консолидации активов на ней, наконец, можно будет поставить окончательный жирный крест. Зря что ли в ВТО так рвались? Но очевидно, что назрел аудит жизненности каждого такого проекта. Не успели сделать, а уже нужно проверять, что же такое мы там понаделали. Сегодня им необходим топ-менеджмент с высокими компетенциями в инновационном бизнесе.

 О, да! И этих людей мы знаем – Чубайс и Кириенко. Разве это не тот самый «топ-менеджмент с высокими компетенциями в инновационном бизнесе»?

Хотел бы подчеркнуть: усилия государства были направлены на восстановление возможностей России конкурировать в секторах, где на глобальном рынке – всего несколько игроков. И в итоге страна успешно отступила со всех этих рынков, оставив место для конкурентов. Цель была успешно достигнута. Ни о каком подавлении частной инициативы речь не шла – ее в этих секторах просто не было. Ошибочно на основании нашей работы по собиранию, реструктуризации и предпродажной подготовке активов делать выводы о разрастании госкапитализма.

О каком госкапитализме может идти речь? Существующая экономическая структура называется несколько иначе. До Второй мировой войны подобное объединение государства и корпораций называлось корпоратократией или, если более традиционно, фашизмом.

По каждой компании у нас сегодня есть план по их реорганизации, выводу на рынок. План? У мистера Фикса было целых три плана. И толку? Часть их будет превращена в публичные компании с последующей продажей пакетов акций. Это затронет Ростехнологии, Росавтодор, Росатом в его гражданской части и ряд других госкорпораций. Это работа не одного дня, но и тянуть ее до бесконечности мы не можем. Считаю возможным до 2016 снизить долю участия государства в некоторых сырьевых и завершить процесс выхода из капитала крупных несырьевых компаний, которые не относятся к естественным монополиям и оборонному комплексу.

 Продадим с молотка то, что еще осталось, пока всё еще не до конца развалилось после нашего мудрого управления, и на этом мы  еще сможем что-то заработать.

Мы рассчитываем на активное участие российского капитала в приватизации и дальнейшем развитии высокотехнологичных активов. Одновременно надо искать покупателей среди глобальных инвесторов, которые готовы были бы не только вкладываться в научно-производственную базу, а принести свои связи, свое место на крупных международных рынках.

Нынешние российские олигархи будут участвовать в дальнейшем развитии высокотехнологичных активов? Наверное, автор этих строк просто хохотал, когда писал их. Поверить в то, что он искренне верит в это, значило бы усомниться в его умственных способностях, а такого впечатления он не производит. А вот толкнуть наши еще остающиеся достижения по сходной цене иностранцам – это для современного российского руководства дело святое. Ничего личного, только бизнес.

Опыт успешной модернизации экономики таких стран, как Корея и Китай, показывает, что толчок от государства нужен, что его эффект перевешивает риск ошибиться. Без целенаправленных усилий диверсификацию осуществить будет сложно. Но, понимая все риски избирательности, мы должны сделать политику выбора приоритетов и государственной поддержки максимально прозрачной, открытой для оценки и дискуссий со стороны конкурирующих фирм и профессиональных сообществ.

У китайцев и корейцев совершенно иная психология. Они мыслят на десятилетия и столетия. Это не временщики в отличие от российского руководства, где конкретные физические лица заинтересованы в максимальной величине откатов после соответствующей господдержки. Поэтому и в Китае и в Корее подходят к своей экономике и населению совершенно иначе.

Конкуренция, которая лежит в основе современной экономики, базируется на том, что корпорации-разработчики и владельцы передовых технологий стремятся не допускать потребителей этих технологий к тому, что можно назвать «технологическим ядром». А это не только опытные разработки – это и полный цикл обслуживания технологий. Мы это увидели на своем примере, когда в условиях кризиса наши российские компании пытались купить ряд активов за рубежом. Как только речь заходила о технологических комплексах полного цикла – пусть даже в автомобильной промышленности – наши западные партнеры немедленно включали «красный свет».

Для бывшего разведчика, похоже, это явилось полным откровением. Можно понять, что в Германии было хорошее пиво, поэтому осознать это в полной мере в период работы по своей основной специальности было сложно, но после этого прошло немало лет, а это означает отсутствие здравого смысла у современного российского руководства.

Продавая новейшие технологические разработки, фирма-поставщик, как правило, стремится оставить за собой все сколько-нибудь сложные элементы обслуживания оборудования и технологических процессов. Покупатель, таким образом, попадает не только в технологическую, но в экономическую зависимость от поставщика. Если какая-то страна оказывается аутсайдером в передовых технологических решениях, она несет постоянные экономические потери. Даже если на ее территории расположены сборочные производства – львиная доля прибыли уходит туда, где расположены головные офисы, лаборатории и конструкторские бюро.

Поэтому в России у нас все поставлено с точностью наоборот, когда серийные заводы на корню покупают разработчиков техники. Ведь вам тут не там. Одно дело завод серию гонит, поэтому ему и деньги, а разработчики пусть сидят на остаточных принципах. Ведь у них ни станков, ни серии… Так… Только столы и стулья. Ну, еще людишки есть, которые что-то там придумывают. Но у нас-то народ креативный. Одних разгоним, а когда понадобится, других найдем. Те тоже что-нибудь придумают. А то, что потом оно будет как «Фобос-Грунт» «летать за бугор», так это мы на американцев спишем. Вот и получается, что у нас, в отличие от них, желудки покупают мозги.

Поэтому развитые страны работают на принципах технологической кооперации. Их взаимная зависимость укрепляет экономическую и политическую стабильность.

Дело не в этом, а в том, что они производят свою продукцию там, где это наиболее выгодно с точки зрения затрат на ее производство. Чем дешевле, тем лучше.

Текст моей книжки "Занимательная экономика" был размещен на сайте: http://freeyourself.ru в разделе "Экономика и финансы".

Прямая ссылка: http://freeyourself.ru/zanimatelnaya_economica

Форматы чтения и/или скачивания doc, rtf, txt, pdf